Интервью с заместителем управляющего сети бутиков "Каудаль" Анной Роговой

Даша: Представь, ты пришла на вечеринку, там тебя никто не знает, у тебя спрашивают: “Кто ты?” Что ты ответишь?
Аня: Это странная ситуация. Обычно если я прихожу на вечеринку, все знают: Аня = вино.

Инна: Расскажи, почему ты занимаешься вином? Как ты к этому пришла?
Аня:На самом деле, все началось в детстве и началось с шоколада. Мы с подругами любили покупать дорогой темный шоколад из разных стран: Германии, Швейцарии, Бельгии. Все карманные деньги тратили на это: заходили в магазин, покупали классные шоколадки, потом раскладывали их и пробовали. Нам нравилось, что это один и тот же продукт – просто какао-бобы, без добавок, но у него разный вкус, разная консистенция, потому что разная степень помола, разные плантации (южноамериканские отличаются от азиатских и южноафриканских). Мы общались, иногда записывали свои ощущения. Так что все, что связано органолептикой, было интересно мне с детства.

Инна: Сколько вам было лет?
Аня: 12,13,14… Тогда мы ничего не знали про разницу помола, но чувствовали, что вот этот мягче, этот быстрее тает, понимали на уровне ощущений.

И еще одна история. Когда я отмечала восемнадцатилетние (тогда все пили мартини), мне захотелось вина. О вине я ничего не знала, и зашла в ближайший магазин. Я знала только, что вроде бы есть Бордо и Бургундия, и решила: “Хочу Бордо”. Я взяла бутылку белого вина общерегионального апелласьона Бордо в рамках того бюджета, который у меня тогда был, и даже не подумала поставить её в холодильник, охладить. Так и открыла. Все мы поплевались, потому что вино было теплым, чувствовалась спиртуозноть, кислотность. Все сказали: “Какая гадость”. тоже не поняла ничего, решила, что это не для меня и поставила в холодильник.

Уже на следующей день я сидела с подругой, мы обедали и решили, что надо еще раз попробовать вино, потому что жалко – дорогое. А вино провело ночь в холодильнике, и когда мы разлили его по бокалам, оказалось, что да… хотя это было довольно простое вино, оно все равно отличалось, у него была хорошая фруктовая составляющая, приятный аромат и хороший вкус, который чувствовался при правильной температуре. Уже тогда я отметила для себя, что наверное, в этом нужно разбираться. Если хочешь пить хорошее вино, то просто так купить бутылку, открыть и выпить – не вариант.

И еще был поворотный момент. Была студенческая вечеринка, все пили крепкий алкоголь, а один парень принес вино. Тогда я не могла выговорить это название. Сейчас – без проблем: Шато Пишон Лонгвиль Комтесс де Лаланд 1995 года, Пойяк. Классифицированное вино, входит в 60 лучших классифицированных шато Медока. Попробовав его, я поняла, что это другой уровень. Я ничего не могла сказать: ни описать вкус, ни аромат, но понимала – оно иное. Мой друг нежно называл это вино “Пишончик”, я его так и запомнила. Я спросила друга, откуда он разбирается в винах, и он посоветовал мне одну книжку – “Вина Франции” Зыбцева. Я прочитала её за сутки – мне было очень интересно.

Потом мама, видя мой интерес к теме вина, предложила пойти поучиться. Тогда в начале нулевых была единственная винная школа в Москве – при ресторане Ностальжи. Я закончила её с отличием, и всё началось складываться. Надо сказать, что когда училась, то училась для себя, не планировала связывать свою жизнь с вином профессионально.



Даша: Потом ты где-то еще училась?
Аня: Нет, потом был большой практический опыт.

Инна: А в Каудале ты давно?
Аня: Уже лет 8.

Инна: Ты сразу стала сомелье?
Аня: Нет, я руководила отделом маркетинга в оптовой компании в течение года, а потом перешла в бутик.

Инна: Опиши свой обычный рабочий день бутике. Как он проходит?
Аня: Как у нас всех! Прихожу на работу, утром у меня обычно встречи с кавистами: я проверяю их знание вина, знание ассортимента, умение проводить дегустации. Во второй половине дня у меня встречи с Диной (Дина Айнетдинова – управляющий сети бутиков – прим. ред.), с Юлей (Юлия Бейсинова – заместитель управляющего сети бутиков – прим. ред.) по общим вопросам, и вечером, если есть какие-то мероприятия, то это либо встречи с поставщиками на территории наших бутиков, либо выездные мероприятия с партнерами.

Даша: Кроме вина? Что тебя еще увлекает?
Аня: Спорт и хорошая литература, кинематограф.

Даша: Расскажи поподробнее.
Аня: Я много чем занимаюсь: зал, бег, плавание. В свое время я так увлеклась плаванием, особенно на открытой воде, что проплыла в Сан-Франциско заплыв в одну морскую милю. На Гавайях проплыла 30 километров в команде. На самом дела это было не так сложно, как кажется – в эстафете мы менялись каждые полчаса, и был достаточно большой перерыв, время немного отдохнуть. Но все равно было непросто плыть, потому что волны очень сильные. И еще уже позже я узнала, что там довольно большое скопление акул, а когда мне передавали эстафету (я увидела это уже потом на камере), рядом со мной плыла огромная метровая черепаха. Хорошо, что я её сразу не увидела, потому что если бы заметила, мне кажется, я бы сразу ко дну пошла. Они вроде бы не кусаются, но думаю, если задеть, то руку оттяпают.

Даша: Спорт – ясно. А литература?
Аня: Я люблю русскую литературу, потому что я русская. И поскольку я училась в английской спецшколе, то хорошую английскую классику.

Даша: Что ты сейчас читаешь?
Аня: Я читаю “Щегол” Донны Тартт. Она как раз получила Пулитцеровскую премию за эту книгу. Мне очень нравится.

Даша: Что тебя радует? Назови пять вещей.
Аня: Вино, красивые люди, красивые вещи, любовь, моя семья.

Даша: Из чего складывается твоя жизнь сейчас?
Аня: Все просто: работа, моя семья и мои друзья.

Инна: Думаешь в будущем эти сферы могут измениться?
Аня: Я за баланс. Мне нравится, что они распределены равномерно.

Инна: Представь, кем бы ты еще могла стать, если бы не занималась вином, если бы могла прожить несколько жизней?
Аня: Рок-звездой. Мне нравится бунтарский дух, который окружает все это. Мне нравится, что эти люди способны разжигать огонь в сердцах людей.

Инна: А еще?
Аня: Может быть, художницей. Мой дедушка был художником. Думаю, я рисовала бы что-нибудь (если бы у меня был талант, конечно) в духе Фриды Кало и Сикейроса.

Даша: А кем хотела стать в детстве?
Аня: Ветеринаром, но мудрая мама подсунула мне книжку, где описывались все прелести профессии, включая ухаживание за коровами, и это желание быстро прошло.

Инна: Представь, что сегодня был бы конец света, что бы ты сделала?
Аня: Я бы открыла бутылку шампанского Лармандье-Бернье Тэр де Вертю Нон Дозе и выпила бы её в кругу близких людей.
Даша: В принципе все исполнимо: бутылка шампанского вот она, в холодильнике, осталось только позвонить близким!

Инна: Можно еще один фантазийный вопрос? Если бы ты могла выбрать себе суперспособность, что бы это могло быть?
Аня: Я думала об этом. Единственная суперспсособность, которую я хотела бы иметь, и она имела бы практическое применение в моей жизни – это телепортация. Быстро, за одну минуту оказываться в тех местах, где мне хочется, потому что пробки, перелеты, и это напрягает.

Даша: Тогда давай телепортируемся на пять лет вперед. Расскажи, чем ты живешь, чем занимаешься, что тебе нравится?
Аня: Это сложно…

Даша: Но как бы ты хотела? Опиши свой идеальный день.
Аня: Я бы хотела все так же, но немного на другом уровне. Интенсивнее, интереснее, насыщенней.

Даша: Я поняла, ты просто надеешься на телепортацию: быстрее на работу, быстрее с работы, все успевать.
Аня: Да, но если серьезно, то сейчас сложно представить себя через 5 лет. По крайней мере, я точно знаю, что хотела бы быть все еще в Каудале и развиваться вместе с нашими бутиками.

Даша: Скажи, у тебя есть мечта?
Аня: Да, но мечты пусть остаются мечтами.

Инна: Хорошо пусть мечты о жизни останутся в секрете. Расскажи тогда о вине мечты. Ты, наверняка, много всего пробовала. Но есть что-то еще, до чего ты не добралась, и чего бы ты очень хотела?
Аня: Шато Лафит-Ротшильд 1982 года.

Инна: Почему его?
Аня: Лафит – одно из моих любимых вин в Бордо и в мире. И именно 1982 год я не пробовала, а это 100 баллов по Паркеру, плюс оно уже готово.

Инна: И последний вопрос: как специалист в вине, какие прогнозы ты можешь дать о будущем виноделия? О будущем потребления вина?
Аня: На самом деле, эта тема – довольно консервативная, снобистская история. По большому счету, даже с XIX века все не так уж изменилось. Все как бы изменилось, но при этом не изменилось, потому что все лучшие замки так и остались. Всё равно в вине лучшее, что есть на сегодняшней день – это Франция и Италия. Несмотря на то, что за последние несколько десятилетий всё больше потребляется вин Нового Света, всё равно самыми интересными винами, теми винами, о которых можно долго говорить, долго рассуждать, запоминать, которые действительно оставляют след, остаются европейские. Так уж традиционно сложилось, что это больше французские, чуть меньше – итальянские вина. Поэтому не думаю, что глобально что-то поменяется.

Думаю, все больше людей будет употреблять вино, потому что с каждым годом этот процент увеличивается. В основном вина Нового Света, потому, что они боле понятны по вкусу и более приятны по стоимости.

Беседовали Инна Сибгатуллина, кавист бутика на Серпуховской площади и Дарья Офицерова, корреспондент Винного дома “Каудаль”

Минздрав соцразвития предупреждает: Чрезмерное употребление алкоголя вредит Вашему здоровью, всяпредлагаемая на сайте продукция носит ознакомительный характер, сделка купли-продажи осуществляется натерритории винного магазина